Поиск
  • Анастасия Иванова

Самый первый "Остров рабов"

5 марта 1725 впервые был поставлен «Остров рабов» Мариво. Премьера состоялась в театре Комеди Итальен на сцене бывшего Бургундского отеля.

Фрагмент картины Ланке "Актеры театра Итальянской комедии"

По истории театра Итальянской комедии в Париже я пока передвигаюсь на ощупь, а потому и в источниках практически не ориентируюсь. Но дату отметить хочется, поэтому обращаюсь к проверенной прессе. «Проверенной» в том смысле, что не единожды этот журнал помогал мне в разговоре о куда более привычных и понятных постановках Комеди Франсез и ее непосредственных предшественников. Это “Mercurede France” - «Вестник Франции», который изначально выходил под названием “Mercure Galant” («Галантный вестник» или, по версии гугл-переводчика,- «Доблестная ртуть» J ).


В апрельском номере за 1725 год спектаклю отведено три с половиной страницы. Правда, увы, страницы почти ничего не говорят о постановке – лишь пересказывают содержание театральной новинки. Непосредственно о спектакле говорится лишь в первом абзаце:


«Актеры Итальянской комедии представили в прошлом месяце маленькую пьесу под названием «Остров рабов». Публика встретила ее шумными рукоплесканиями. Автор – г-н Мариво – весьма привычен к подобному успеху, и что бы ни вышло из-под его пера, лишь завоевывает ему новую славу. Вот имена актеров, занятых в постановке:

Ификрат, хозяин Арлекина – Марио

Арлекин, раб Ификрата – Томассин

Эфрозина – Лаланде

Клеантис, рабыня Эфрозины – Сильвия

Один из главарей Острова Рабов – Le sieur Dominique »


Упоминания в контексте спектакля удостаивается лишь Сильвия. Если про актеров на ролях Ификрата, Арлекина и Эфрозины говорится, что роли их соответствовали описанию (имеется ввиду описание рецензентом сюжета), то про Сильвию добавляется: «она присваивала роль с тем изяществом, которое и ставит ее в ряды лучших актрис, когда-либо появлявшихся на сценах наших театров».


Еще вскользь можно узнать, насколько трогательной была сцена раскаявшихся Арлекина и Клеантис, а также услышать, наконец, критический голос. Говоря о том, что закончился спектакль небольшим праздником, автор едко уточняет: «праздником, без которого мы вполне могли бы обойтись». Суть этого праздника была в том, что «рабы радовались том, что разорвали свои цепи».


Интересно, что Тривелин назван обтекаемо «один из главарей Острова Рабов», хотя в изданной в том же году пьесе он является Тривелином. Неужели «рецензент» не запомнил имя? Хотя такое предположение звучит более чем странно: маска Тривелина была популярна в Париже с середины XVIIвека, благодаря блистательному Доминику Локателли.


Да, обозреватель “Mercurede France” говорит о большом успехе премьеры, но можно найти и другие мнения. Например, в книге «Notes et souvenirs surle Théâtre-Italien au XVIIIe siècle» («Заметки и воспоминания о Театре Итальянской комедии в XVIII веке») говорится об «Острове рабов»: «Очень мило. При дворе пьеса не понравилась». С другой стороны, было бы странно, если бы при дворе понравилась столь революционная по своему содержанию вещица. А маркиз д’Аржансон (государственный деятель XVIII века, автор множества философских, политический трудов и трудов по изящной словесности) в своей «театральной» книги «Notices sur les œuvres de théâtre» вновь восхищается Мариво: «я очень верю этой пьесе Мариво: она очень попадает в наше время и ее часто играют. Игра Сильвии в роли Клеантиды восхитительна». Дальше д’Аржансон рассуждает о том, как пьеса эта важна с точки зрения моральной проповеди.


И напоследок (как это бывает в программках) те немногие сведения, которыми я пока обладаю об актерах, занятых в этой премьере.


Самая известная из них – безусловно, Сильвия (Джованна Роза Беноцци). Ее имя известно всем, кто так или иначе занимался драматургией Мариво, поскольку большинство его лучших женских ролей было написано специально для этой артистки. Кстати, в том же номере “Mercure Galant”, в котором вышел текст об «Острове рабов», была опубликована и анонимная хвала актрисе в стихах под названием «Протей».


Томассин – это Томмазо Антонио Визентини, от спектакля к спектаклю создающий для Комеди Итальен вариации маски Арлекина, которая в итоге обернулась уже маской Томассина. Сильвия и Томассин были постоянными партнерами, и на одном из немногих дошедших до нас изображений актеров Итальянской комедии изображены как раз они.


Сценический псевдоним Марио носил Джузеппе Антонио Балетти (муж Сильвии и зять руководителя труппы Луиджи Риккобони) – актер на роли второго влюбленного. Зрители его любили, причем не только как хорошего актера, но и как исключительно честного и благородного человека.


Мария-Тереза де Лаланде изначально дебютировала в Комеди Франсез (выбрав для дебюта роль Дорины в «Тартюфе»). К сожалению, публике ее игра пришлась не по вкусу и в КФ актрису не взяли. Зато двумя годами позднее Терезу приняли в Комеди Итальен на роли субреток и влюбленных. Ведущей актрисой она не стала, но и таланта никто не отрицал.


Доминик (Пьер-Франсуа Бьянколелли) – единственный из сыновей «того самого» блистательного Доминика XVII века, который связал свою жизнь с театром. Первая маска, воплощать которую на сцене Комеди Итальен ему доверил Риккобони, была маской Пьеро. Позднее от маски Пьеро Доминик перешел к маске Тривелина. Как Тривелин он и прославился.

Просмотров: 19Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все