Поиск
  • Анастасия Иванова

О пьесе Альбера Камю "Осадное положение"


Занимательная пьеса… Такая своеобразная помесь французского интеллектуализма с «канонами» испанского ауто-сакраменталь и средневековыми мистериями.. Насколько все взаимосвязано.. И завязано на моем Клоделе!)) Так вот о пьесе. От упомянутых канонов – условность времени действия и развязки. От литературной современности Камю – его собственный образ Чумы. Здесь ее олицетворяет (в прямом смысле – это имя героя) унтер-офицер в черном мундире. С помощью секретарши-Смерти он превращает средневековый город в концлагерь новейшего типа. Чума царит, усовершенствует смерть и сводит жизнь к существованию.  Безнравственность и цинизм — идейное оружие Чумы.  Но без определенной мифологии не обходится и она. Самооправдание, самоутверждение, приправленные флером иллюзий, - нужные ей. Как всякому злу. Нужны оправдания. В которых добро не нуждается.  О Соловьеве, если доживу, чуть позже))) И вот, в своей тронной речи Чума излагает высшие цели и основы своего господства:

«Ваш король имеет черные ногти и строгую униформу. Он не царствует, он осаждает. Его дворец — казарма, его охотничий павильон — трибунал. Осадное положение объявлено. Заметьте себе, с моим прибытием патетика умерла. Патетика запрещена вместе со всяким иным вздором, таким как смешное томление счастья; лицо, тупеющее от боли; эгоистическое созерцание пейзажей и преступная ирония. На место всего этого я ставлю организацию. Поначалу это стеснит вас немного, но в конце концов вы поймете, что хорошая организация лучше, чем плохая патетика. И для иллюстрации этой прекрасной мысли я начинаю разделение мужчин и женщин — это приобретает силу закона. Кончилось время вашего обезьянничанья — теперь нужно быть серьезными. Я полагаю, что вы уже поняли меня. Отныне вы будете умирать по порядку. До сих пор вы умирали в Испании несколько случайно, так сказать, приблизительно. Вы умирали, потому что становилось холодно после того, как было тепло, потому что ваши мулы спотыкались, потому что цепь Пиренеев оставалась голубой, потому что веснами река Гвадалквивир притягивала одиноких, или потому, что есть глупцы, которые убивали вас ради выгоды или во имя чести, в то время как блистательно изящный убийца действует ради логического удовольствия. Да, вы умирали плохо. Смерть от того, смерть от этого, иногда в постели, иногда на арене — это распущенность. Однако, к счастью, этот беспорядок будет администрирован. Одна смерть для всех, согласно с прекрасным порядком по списку. Вы будете иметь вашу регистрационную карточку, вы не будете больше умирать по капризу. Я забыл вам сказать, вы умрете, об этом мы договорились, но затем вы будете кремированы или, что то же самое, вы будете сожжены заживо: это очень чисто и это способствует выполнению плана. Испания превыше всего! Организованно принять хорошую смерть — вот главное. За эту цену вы получите мое расположение».

Пограничная ситуация. Противочеловеческие экспериментальные обстоятельства. В этом весь Камю. В этом весь экзистенциализм –  Попытка измерить возможную глубину человеческого падения и высоты героизма перед лицом неумолимой смерти. Постигнуть возможную степень распада человеческой личности в фантастических условиях, которые, впрочем, совершенно схожи с реальными Освенцимом или ГУЛАГом. Конечно, находится «герой» - Диего. Узнавший тайну Чумы: она властна лишь над теми, кто ее боится, если люди презирают смерть — она беспомощна. Но люди слабы. К бесстрашию добавляется взаимная ненависть. Ненависть, раскрывающаяся с возможностью моментально и безболезненно для совести убить врага – просто вычеркнуть из потерянной Смертью тетрадочки. И это преодолевает Диего. Шаблонно-мистериально, но преодолевает. Но… Чума дает Диего последний выбор: Жизнь Диего, жизнь его любимой или вечная власть Чумы над городом. Вечный экзистенциальный выбор. Свободный выбор. Единственная форма самоосуществления личности в абсурдном мире. Выбор, постоянно предлагаемый самой историей, - между плохим и худшим. И конечно… (куда же деться от Романтизма, Классицизма и иже с ними!..) Личное приносится в жертву всеобщему. И конечно… (куда же деться от абсурдизма, экзистенциализма и иже с ними!...) Жертва эта тщетна. Потому что выхода не было изначально. Мир безысходен. И это можно лишь мужественно выносить. Если кто-нибудь будет приносить жертвы во славу этой безысходности. А Диего.. Диего, отдавая себя другим, обретает лишь «ничто». Теряет себя. А люди…  Люди, избавленные от Чумы, обретают старый, далеко не идеальный порядок вещей. Счастья в жизни не прибавляется. Просто на смену организованной смерти опять приходит случайная. Но исчезает и возможное счастье. Такое мелкое, такое личное – но ведь счастье. И умирающему Диего остается лишь прощальный упрек Виктории:

«Надо было выбрать меня вопреки самому небу. Надо было предпочесть меня всей земле»;  «Десять тысяч лет жизни этого города не стоили десяти лет нашей любви».

Диего и сам знает, что его выбор плох.  Но лучшего нет. По Камю – нет. И история – это не спираль.  Замкнутый круг безысходности. Любовью можно выкупить жизнь. Жизнью – свободу. Свободой – однообразное существование. Выхода нет…

Просмотров: 5

© 2019 «Французский театр». 

  • White Facebook Icon
  • Белый Google+ Иконка