Поиск
  • Анастасия Иванова

Не о чудесах

"Чудо святого Антония", Морис Метерлинк

Дипломный спектакль курса Леонида Хейфеца (2016/20)

Режиссер - Максим Меламедов Художник - Анастасия Плохих


Время прошло, и впечатления устоялись. Спектакль, как и другие работы стулентов-режиссеров этого курса, ровно-интересный. Не более, но и не менее. Есть небольшая красивая придумка (опять же, как и у других спектаклей курса), но спектакля она не делает. Тем более, что относится она к визуальной составляющей - к костюмам и аксессуарам (художник по костюмам - Евгения Платонова). Все костюмы, за исключением облачения святого и платья служанки, так или иначе декорированы условным жемчугом. Это красиво, стильно и собирает картинку спектакля воедино куда лучше, чем работы актеров или старания художника Анастасии Плохих (вообще, кажется, впервые вижу дипломник, в котором сценография и костюмы принадлежали бы разным людям).


Про режиссера на основе этого спектакля мало что можно сказать. Разве что очевидно намерение решать персонажей "негативного ряда" через острую характерность. То есть в целом всё-таки сатира. Вот только не очень понятно, на что конкретно.


Метерлинковское "Чудо" чаще всего решается как своеобразная предтеча пьес Жироду. В первую очередь, "Безумной из Шайо". Деньги и то, что они делают с людьми. Условно, не надо нам чудес и спасения - деньги важнее. Но, что любопытно, у самого Метерлинка ни один из казалось бы зацикленных на финансах и наследстве героев, эту позицию не озвучивает. Единственный персонаж, задумывающийся о том, что воскрешение Гортензии - это отмена наследства, - никто иная как единственная праведница. Служанка Виргиния, преодалевшая в итоге это искушение. Прочие, не желающие допускать Антония до покойной, о деньгах не говорят. Они просто не верят, с одной стороны, и не хотят нарушать установленный порядок и собственный покой, с другой. Когда же чудо им все же явлено, они вполне искренны в своей благодарности (да, вскользь упоминается, что денег у них теперь меньше, но именно вскользь). Все меняется совсем в другой момент. Когда чудо оказывается неполным, когда часть его отбирается. Немота тётушки поражает окружающих куда больше, чем ее воскрешение. И воспринимается практически как оскорбление. Как если бы хирург, спасший жизнь путем сложнейшей операции, вместо благодарности получил упрёки за не слишком ровный шов. То есть чудо, воспринимаемое как будничная услуга.

Вот собственно как раз отношение к чуду, на мой взгляд, в пьесе Метерлинка куда важнее тех или иных социальных характеристик и инвектив.


В спектакле этого нет. Зато есть набор аттракционов. Фокус с левитацией святого, многократно-эстрадно обыгрывается подача траурных блюд, сцена с зелёными сахарными петушками как кульминация пиршества, неожиданно натуралистичное и физиологичное избиение героя полицейскими, да и, наконец, сам образ святого Антония.


100очешь - не хочешь, но Антония надо как-то решать. Что бы ни говорили о нем в финале, но чудо было явлено. Причем дважды. Медицинской ошибкой тут не отделаешься, или же надо очень подробно ее простраивать, подыскивая реалистичные причины и внезапной немоте. Но все же речь здесь о чуде: все та же проблема восприятия чудесного в современном мире, тема, к слову, роднящая Метерлинка, конечно, не с Жироду, а с Клоделем. Поэтому образ Антония и восприятие его режиссером и актером, выходят на первый план. Что нам предлагает режиссер? Его единственный ответ: да Антонио просто другой. Роль достается Феодосию Скарвелису и выстраивается, по сути, на иностранном происхождении однокурсника. Все. Точка. Да, чисто типажно актер эмоционально светел и обаятелен, но по-настоящему роли это не делает. Мы видим своеобразную заявку на князя Мышкина в заграничной упаковке. Действительно, блаженный, покинувший дом призрения.


Остальные актерские работы, как уже писала, - более или менее интересные харАктерные зарисовки в рамках умений того или иного артиста. Все то же, что и в других спектаклях, без открытий. Актерски выделяется лишь служанка Виргиния, чей образ подробно выстраивается от начала к финалу, трансформируясь и видоизменяясь. Весь спектакль удивлялась, почему в других спектаклях не задействовали такую интересную актрису. Удивлялась, пока в финале не открыла программку. "Нигде больше не задействованной актрисой" оказалась Ольга Бодрова, о которой пишу буквально после каждого спектакля хейфецов. Что сказать? Браво.

Просмотров: 6

© 2019 «Французский театр». 

  • White Facebook Icon
  • Белый Google+ Иконка