Поиск
  • Анастасия Иванова

Из ярмарочных шарлатанов

"Лекарь поневоле", Мольер

Театр Наций

Режиссер - Олег Долин

Художник - Евгения Панфилова

Премьера - 1 сентбря 2020 г.

Финал. Фото - Ира Полярная

Малая сцена Театра наций. Выстроенная на ней крохотная сцена-арена. За зрительскими местами - внесценическое пространство. Невидимое, но звучащее. Именно там расположились музыканты, подзвучивающие и мелодически сопровождающие спектакль. Именно там доигрывают свои сцены и характеры своих герое актеры, создавая dolby-эффект.

Одним словом, площадь в миниатюре - ровно то, что площадному мольеровскому фарсу лекарь прописал. Вот фарс молодые артисты с подачи режиссер Олега Долина и играют. Фарс как нечто яркое и эффектное, не отягощенное никакими психологическими наслоениями. Даёшь зрителю праздник!

Принципы площадного театра за последние несколько лет стали своеобразной визитной карточкой Олега Долина. Правда, прежде эти принципы свою родословную возводили к комедии дель арте, прочитанной со стреллеровским акцентом, а теперь пришла пора французской буффонады.

На самом деле, чисто французского здесь немного - пусть имя Мольера не вводит в заблуждение. Мольеровский текст становится лишь поводом для театральной шутки, не привязанной толком ни к какому времени и ни к какому пространству. Французское здесь - милая, забавная обманка. Как ария Керубино (герой французский, но опера-то итальянская), открывающая спектакль. Как гимн Франции (и со сцены объявлено, что это именно он), обернувшийся битловской All you need is love, спектакль завершающий.

Но в какой-то момент подобная "непривязка" начинает работать против спектакля. Ведь чего требует фарс? Невероятной актерской оснащённости и вовлечённости, постоянного импровизационного состояния, когда следующая реплика рождается из случайного звука, зрительского комментария или "поплывшего" элемента костюма. Как сами создатели спектакля в своей аннотации пишут о внезапном успехе пьесы в далёком 1666 году: "пьеска была собрана из разрозненных сцен и фраз, а публика ликовала". Чтобы ликовала и сегодняшняя публика нужно к этой пьесе - действительно, безделице, - приложить немалые усилия.

Например, пойти уже привычной для режиссера дорожкой и поиграть в театр и театральность конкретной эпохи. Или отбросить эпоху и сюжет как таковой в сторону и сыграть на актерском мастерстве и их способности к метаморфозам (как сделал со своими артистами Константин Райкин). Или же, воспользовавшись текстом Мольера как канвой, как своеобразным сценарием, создать поверх него полностью современное произведение, вовлекающие в свое поле обстоятельства и проблемы нашей сегодняшней жизни. Благо, текст пьесы даёт для этого немалую пишу.

Что же получилось в спектакле Театра наций? На том спектакле, который видела я, - ни то, ни сё. Ни попыток приблизить день сегодняшний, ни намерений поиграть в день вчерашний. Остаётся верить, что в лучшие свои дни "Лекарь поневоле" - это актерский спектакль, захватывающий зрителя в игровую стихию. Самая сложная дорога из трёх возможных. Самая рискованная и даже спустя десятки успешных показов не гарантированная от провалов.

Если в Сатириконе история разыгрывалась всего тремя актерами (при действенной, но не видимой зрителю помощи ещё троих), то здесь на каждую роль приходился один артист. И яркость существования приходилось вытаскивать из одного лишь образа. А образы в этой Мольеровской безделушке не сказать чтобы очень глубокие - на одном-двух элементах костюма да закреплённой речевой характеристикой час не продержишься. Можно брать драйвом и здоровым нахальством,но и с ними что-то пошло не так. Импровизационные моменты буквально кричали о своей отработанности, форсированные интонации повисали в гулкой тишине, злополучная атмосфера площадного веселья никак не желала аккумулироваться. И кажется, делали все и всё правильно, но... Да, ярче, богаче, разнообразнее и театральнее других была Мария Лапшина в роли Мартины, но даже она (столь прекрасная и живая и на экране, и в документальном спектакле) здесь оказалась словно недопроявленной в безвоздушном пространстве.

Мартина - Мария Лапшина. Фото - Ира Полярная

...долгое время считала себя очень пристрастным и придирчивым зрителем спектаклей по французской драматургии вообще и по Мольеру в частности. В прошлом сезоне, напротив, поймала себя на том, что то ли с Мольером мне везёт едва ли не каждой постановке, то ли превращаюсь в размягченного и благодарного зрителя - буквально в каждом спектакле находилось что-то интересное, мощное, любопытное, забавное или неожиданное, о чем хотелось говорить. Да и говорила. Так вот нынешний "Лекарь" прервал мою субъективную цепочку мольеровских удач, оказавшись обыкновенным ярмарочных шарлатаном...

Просмотров: 11Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все